Грустит настольный календарь, Соединяя дни в года. Под тяжесть улетевших лет Легла афганская война. Уж повзрослели пацаны, Былую лихость, подзабыв, Лишь только память иногда Напомнит старенький мотив:
Поднималась зорька Над хребтом горбатым. Пробивалось солнце Сквозь туман проклятый. А с рассветом снова По незримым тропам, По земле афганской Предстоит нам топать … А с рассветом снова По незримым тропам, По земле афганской Предстоит нам топать …
Устав от буден серых дней, Присев под вечер во дворе, Вдруг вспомню мириады звезд Афганской ночи в сентябре, И лица преданных друзей, И добрый модуль без тепла, И губы, сами по себе, Выводят старые слова:
Часто снится мне мой дом родной, Лес о чем-то, о своем, мечтает, Серая кукушка за рекой Сколько жить осталось мне, считает… Серая кукушка за рекой Сколько жить осталось мне, считает …
Взрослеют быстро сыновья, И опустеет скоро дом, Но, перед тем, как улететь, Я покажу им свой альбом. Там с автоматом молодой, С друзьями у чужой реки. И сыновья вдруг замолчат, Лишь спросят: "Батя, это ты?"
Батальонная разведка, Мы без дел скучаем редко, Что ни день, то снова поиск, снова бой! Ты, сестричка в медсанбате, Не тревожься, бога ради, Мы до свадьбы доживем еще с тобой. Ты, сестричка в медсанбате, Не тревожься, бога ради, Мы до свадьбы доживем еще с тобой.
